«Мировое и национальное хозяйство»

Издание МГИМО МИД России


Архив

№3(6), 2008

Экономическая теория и практика

Цели и механизмы экономического развития

В.Г. Клинов, д.э.н.

Благосостояние и жизнеспособность нации во многом предопределяется стратегическим выбором целей экономического развития и механизмов их достижения. Не следует ставить знак равенства между целями нации и целями хозяйствующих субъектов. Для нации создание благоприятной среды для хозяйственной деятельности является лишь средством достижения социальных целей развития.

Цели, обеспечивающие жизнеспособность хозяйствующих субъектов, — это:

  •  конкурентоспособность, т.е. соответствие меняющимся требованиям рынка в отношении качества, цены, условий платежа и поставки продукции, а также технического обслуживания потребителей;
  •  эффективность или норма прибыли, обеспечивающая такую окупаемость затрат, которая делает предприятие привлекательным для вложений капитала.

Цели экономического развития страны должны быть: социально-значимыми, т.е. отвечать интересам всего общества, а не только предпринимателей, обеспечить в стране комфортные, по мировым меркам, условия жизни в соответствии с возможностями, которые открываются благодаря научно-техническому и организационному прогрессу; выражены в конкретной форме, позволяющей отслеживать их исполнение и не служить прикрытием иных целей. Последнему требованию не отвечали декларируемые цели советской России.

Цели СССР сталинского периода: провозглашаемые – максимальное удовлетворение постоянно растущих материальных и культурных потребностей всего общества («основной экономический закон социализма»); реальные — задачи, формулируемые в контрольных цифрах выпуска чугуна и стали, добычи угля и нефти; доминирующие — развитие военно-промышленного комплекса.

Цели СССР брежневского периода: провозглашаемые — всё для человека, всё для блага человека; доминирующие — достижение паритета с США в области стратегических наступательных и иных вооружений.

История Советского Союза свидетельствует о том, что защита от внешней угрозы была доминантой экономического развития страны. В отличие от пропагандистской риторики: «всё для блага человека», реальная стратегия развития была подчинена наращиванию военно-промышленного комплекса, всё другие потребности удовлетворялись по остаточному принципу. Основная причина краха СССР — не недостаток военной мощи, а поражение в соревновании с капиталистическими странами в области обеспечения уровня и качества жизни.

Цели современной России: удвоение ВВП за десять лет; превращение страны в энергетическую державу; создание инновационной экономики.

В этих целях, и фактически достигнутых результатах, не просматривается социальная ориентация экономического развития. Нынешнее состояние российской экономики отличают крайние диспропорции в распределении доходов между слоями населения, деградация хозяйства большинства регионов страны, отсталость и высокая степень износа материально-технической базы, низкая производительность труда. Благополучие немногих регионов покоится на экспорте природных ресурсов, в добыче которых занято всего 1,5% рабочей силы. Большинство регионов обречено на дотационное нищенское существование.

В названном перечне последовательно выдвигавшихся целей просматривается отход от конкретики. Создание инновационной экономики звучит достаточно абстрактно. На практике вырисовывается связь с задачей модернизации военно-промышленного комплекса. Между тем, ахиллесовой пятой экономики СССР и нынешней России остаётся гражданская составляющая обрабатывающей промышленности.

Впервые социально ориентированная стратегия экономического развития была выработана и осуществлена страной-цитаделью капитализма. К ней пришли в результате мучительных поисков путей преодоления «великой депрессии» 1930-х годов, а также опыта мобилизации ресурсов для победы во Второй мировой войне. Основы стратегии экономического развития были сформулированы Конгрессом США в Законе о занятости 1946г. Тогда Конгресс США обязал федеральное правительство использовать все имеющиеся у него ресурсы для максимизации трёх переменных: занятости, производства, покупательной способности.

Таким образом, США, а затем и другие развитые капиталистические страны, отдав в экономической стратегии приоритет социально-значимой цели — максимальной занятости трудоспособного населения, совместили её с задачей обеспечения роста производства и реальных доходов. С высокой занятостью и капиталовооруженностью рабочей силы связано преобладание трудовых доходов в стоимостной структуре ВВП и большая равномерность распределения доходов, чем в странах, где в ВВП доминируют имущественные (предпринимательские) доходы. Рост производительности, при сохранении устойчивости денежно-кредитной системы, обеспечивает систематическое повышение жизненного уровня.

Механизмы или способы (инструменты) достижения целей экономического развития могутосновываться на принуждении или на материальном стимулировании. Для иерархических структур характерна административно-командная система управления хозяйством, вертикаль власти, принудительный труд. Рыночная система, в которой преобладают горизонтальные связи, строится на материальных стимулах.

В России всё еще сильны советские традиции, налаживать управление народным административными методами, что находит отражение в создании крупных государственных корпораций, формировании национальных программ.

Между тем, преимущества материального стимулирования стали очевидны в странах европейской культуры уже в середине 19-го века. В Коммунистическом манифесте К.Маркса и Ф.Энгельса, в частности, отмечалось (и это соответствует современным статистическим оценкам), что буржуазия менее чем сто лет своего классового господства обеспечила большее развитие производительных сил, чем все предшествующие поколения, вместе взятые. Россия убедилась в необходимости отмены крепостного права, потерпев поражение в Крымской войне. 20-ый век наглядно показал преимущества рыночной системы по сравнению с централизованным планированием, в частности, на примере разделённых стран: Западной и Восточной Германии, Южной и Северной Кореи.

Проблема экономики современной России состоит в том, что выгодно развивать производства, получающие сверхприбыли на основе природной ренты, а обеспечить технологическую ренту в обрабатывающей промышленности проблематично, так как при относительно дешёвых ресурсах, особенно рабочей силы не выгодно применять передовую технику. Смена поколений техники позволяет снижать расход ресурсов на единицу продукции, но затраты на эксплуатацию новейшей техники не окупаются в виду низких цен на потребляемые ресурсы.

Российские нефтяные компании готовы заниматься добычей сырой нефти в самых неблагополучных странах, но не считают для себя выгодным развивать в своей стране нефтеперерабатывающие предприятия. Производственные фонды в России, в том числе в добыче нефти и газа, эксплуатируются до полного износа, а выбывающие фонды замещаются не передовой, а более дешёвой морально устаревшей по меркам передовых стран техникой. Ставка на дешёвые ресурсы обрекает экономику страны на отставание.

Самым мощным стимулом стимулирования трудовой и предпринимательской деятельности со стороны государства, как показывает мировой опыт, является установления предельно низкой плоской шкалы налога на доходы, особенно на доход от капитала как более мобильного по сравнению с рабочей силой ресурса. Нужно стимулировать не только отрасли, создающие передовую технику, но и отрасли её применяющие. Прогрессивные нововведения тогда дают макроэкономический эффект, когда они находят самое широкое применение, а не во время их реализации венчурными предприятиями.

Для наполнения государственного бюджета необходимого переносить центр тяжести налоговой нагрузки с доходов на расходы. Чем ниже налоги на доходы, тем интенсивнее экономическая деятельность, чем выше налоги на ресурсы, тем сильнее стимулы для использования достижений научно-технического и организационного прогресса для экономного и рационального использования труда, капитала, природных богатств, а, следовательно, и для защиты окружающей среды. Повышение налогов на ресурсы служит и антимонопольной мерой, препятствуя спекулятивной скупке предприятий и земли.

Ошибкой было снижение в России единого социального налога. Предприниматели должны в полной мере возмещать госбюджетные расходы на образование, здравоохранение, на пособия по безработице и пенсионное обеспечение. Чем выше цена найма рабочей силы, тем больше стимул для снижения трудоёмкости производства, для использования передовой техники и совершенствования организации производства.

Ошибкой может стать снижение налога на добавленную стоимость. Этот вид налога ложится не на предпринимателя, а на потребителя, который должен рационализировать свои расходы. Снижение налога на потребление в условиях отсталости отечественной обрабатывающей промышленности ещё больше увеличит импорт.

Подводя итог, следует сказать, что совершенствование налоговой системы является наиболее действенным инструментом стимулирования экономической деятельности и повышения эффективности. Необходимо добиваться того, чтобы прибыль после вычета налогов была в обрабатывающей промышленности выше, чем от добычи сырой нефти и природного газа. Примером в этом отношении могут служить США. Здесь в добавленной стоимости добывающей промышленности предпринимательские доходы вдвое превышают трудовые, тогда как в добавленной стоимости обрабатывающей промышленности соотношение прямо противоположное. После вычета налогов норма прибыли в обрабатывающей промышленности превышает соответствующий показатель совокупности добывающих предприятий.

Обрабатывающая промышленность может развиваться повсеместно, создавая рабочие места для квалифицированного труда. Она служит основой для модернизации и повышения эффективности всех остальных отраслей народного хозяйства, в том числе сельского производства путём формирования аграрно-промышленных комплексов. Развитие обрабатывающей промышленности способствует более равномерному распределению доходов между слоями населения и регионами.

Налоговая система должна быть простой. Ставке налога на прибыль следует быть низкой по мировым меркам и единой для всех отраслей, в развитии которых заинтересовано общество. Чем больше специфических налоговых льгот (например, для малого бизнеса, для избранных зон), тем активнее используются возможности для снижения налогового бремени путём крючкотворства теми, на кого эти льготы не рассчитаны. Перераспределению инвестиционных ресурсов в пользу обрабатывающей промышленности может способствовать более полное изъятие природной ренты с помощью налогов на эксплуатацию недр.

Используя опыт государственного регулирования экономики в развитых странах, необходимо различать англо-саксонскую и западноевропейскую континентальную модели рыночного хозяйства.

Континентальная модель социального рыночного хозяйства в условиях обострившейся конкуренции за рынки сбыта и источники сырья, особенно со стороны крупных быстро развивающихся стран, проигрывает в приспособлении к более жёстким требованиям глобальной экономики. Преимущества англо-саксонской модели по сравнению с моделью социального рыночного хозяйства можно свести к трём пунктам:

- привлекательность для бизнеса низкой плоской ставки на прибыль по сравнению системой прогрессивного налогообложения. Последняя система представляется её сторонникам как более справедливая в социальном отношении. Между тем, в Ирландии, где ставка налога на прибыль была снижена с 40% в 1993г. до 12,5% в 2003-ем, норма безработицы уменьшилась с 11,7%. до 4,4%, а среднегодовой темп прироста ВВП повысился до 7,5% в 1994-2005г. против 3,4% в 1982-1993-ем[1];

- гибкое трудовое законодательство англо-саксонских стран, облегчающее решение вопросов найма и увольнения рабочей силы, способствует большей географической, отраслевой и профессиональной мобильности. Иначе говоря, англо-саксонская модель облегчает перелив рабочей силы в новые быстроразвивающиеся отрасли, тогда как система социального рыночного хозяйства затрудняет этот процесс. Оплата рабочей силы в рамках АС модели зависит от фактических достижений в труде, тогда как в странах социального рыночного хозяйства в большей степени полагаются на формальные статусные характеристики, например, стаж работы.

- социальное законодательство в странах англо-саксонской модели предусматривает ограниченную социальную поддержку безработным, тогда как в странах западноевропейского континента пособие по безработице настолько велико по величине и продолжительности, что поощряют иждивенческие настроения.


[1] OECD Factbook. — P, OECD, 2007.