«Мировое и национальное хозяйство»

Издание МГИМО МИД России


Архив

№4(23), 2012

Экономика зарубежных стран

Основные направления социально-экономической политики правительства Ахмадинежада

Н.М.Мамедова, к.э.н., доцент

В статье делается попытка дать анализ социально-экономической политики Ирана в последние годы

Ключевые слова: Иран, социально-экономическая политика

N.Mamedova. Principal Leads of Socio-Economic Policy of Akhmadinejad’s Government

In the article an attempt to analyse the socio-economic policy of Akhmadinejad’s government is made

Key words: Iran, socio-economic policy

Махмуд Ахмадинежад был избран президентом Исламской республики Иран (ИРИ) на волне критики консервативным духовенством политики реформаторского правительства Хатами. Главным объектом этой критики была внешняя политика Хатами, особенно после причисления Соединенными Штатами Ирана к оси зла, но не избежала критики и экономическая политика правительства Хатами.

Что же могло вызвать критический настрой среди духовенства? Необходимо напомнить, что кандидатура Хатами была поддержана лидером страны рахбаром Али Хаменеи в качестве противовеса сторонникам экономической политики Акбара Хашеми Рафсанджани, который в период своего президентства (1989-1997 гг.) стал изменять исламскую экономическую модель[1] в сторону большей либерализации, в сторону сближения ее с рыночной моделью. Эта модель в 90-е годы уже доказала свою эффективность практически в большинстве стран мира и стала использоваться странами бывшего социалистического лагеря. Этого не могли не учитывать пришедшие к власти реформаторы во главе с М.Хатами, которые до этого занимали в вопросах экономики достаточно радикальные позиции, являясь сторонниками сохранения за государством главных позиций в экономике. Поэтому правительство Хатами в начальный период своей деятельности несколько затормозило процесс приватизации, но не отказалось от ее проведения, сделав акцент не на ускорении приватизационного процесса, а на его открытость и прозрачность. Например, хотя приватизация исламских фондов замедлилась, но зато они были лишены налогового иммунитета, что обязывало их давать публичную отчетность. Стали создаваться первые частные банки, хотя закон 1983г. о переводе всех банков на исламские нормы и в рамки государственного сектора не был изменен. В 2002г. был принят новый закон о привлечении иностранных инвестиций. Возможно, что эти либеральные реформы, способствовавшие активизации частного капитала и ускорению экономического развития, в значительной мере были проведены под влиянием падения цен на нефть. В середине 80-х гг. цены на нефть доходили в среднем до 30 долл., а накануне 2000г. снизились до менее 20долл. за баррель (в 1998г.-12,72, а в 1999г.—17,97 долл. за баррель[2]).

В 2001г., как только цены на нефть стали повышаться, правительство Хатами стало инициатором создания Нефтяного стабилизационного фонда, средства которого правительство рассчитывало использовать только на инвестиционные проекты. Были подготовлены масштабные планы по приватизации и либерализации всех государственных предприятий, в период президентства Хатами (в 2004г.) были одобрены поправки в ст.44 Конституции, регламентирующие возможность приватизации госсектора. Это движение экономической политики в сторону уменьшения популистских тенденций, а главное, в направлении либерализации как проявление вестернизации, насторожило консервативное духовенство. Попытки сократить субсидии на топливо и другие товары, инфляция, которая объяснялась значительными социальными тратами, стали объектом критики деятельности правительства. Хотя и тогда было очевидно, что политика субсидирования товаров и услуг подстегивает рост потребления и внутреннего спроса, ведет к инфляции, и что проблема субсидий все равно должна быть решена в сторону их ликвидации или, по крайней мере, резкого ограничения. Безусловно, что главное недовольство консервативного духовенства было направлено против попыток реформаторов либерализовать внутриполитическую жизнь в стране, а снижение динамики экономического развития из-за низких цен на нефть было использовано для критики экономической политики, как политики, ориентированной на западные тенденции. Тем не менее, реформаторы сумели провести через меджлис основные направления разработанного ими 4-го пятилетнего плана, в целом нацеленного на дальнейшую либерализацию экономики. Но они потерпели поражение и на парламентских выборах 2004г. и на президентских выборах в 2005г. Кандидатура М. Ахмадинежада была поддержана рахбаром Хаменеи как альтернатива Хатами с его курсом на политическую и экономическую либерализацию, как в свое время Хатами был поддержан в качестве альтернативы Рафсанджани. М.Ахмадинежад стал в 2005г. президентом, сделав акцент в своей предвыборной компании на достижение справедливости как основной цели экономического развития.

И уже с середины 2005г. изменились подходы Ирана не только к проблемам, связанным с ядерной программой, но и к экономическому курсу. Характер переговоров по ядерной программе изменился кардинально: меджлис отказался от ратификации Дополнительного протокола 2003г., «Парижских соглашений» о приостановке ядерных разработок, подписанных Ираном с «евротройкой» (Англией, Францией, Германией) в конце 2004г., Иран стал предпринимать активные меры по производству обогащенного урана, что в итоге привело к наложению жесточайших экономических санкций. Изменения экономического курса не были столь радикальными. Как было сказано выше, приоритеты экономической политики были уже обозначены в 4-м пятилетнем плане развития, а также в 20-летнем Перспективном плане («Стратегия-2025»), подготовленном в 2005г. не правительством, а Ассамблеей по целесообразности и одобренном Хаменеи, в котором в качестве одной из главных целей экономики провозглашалось достижение справедливости. Этой цели соответствовало и продолжение программы приватизации, которая ослабляла монопольное положение государственных компаний в экономике, предоставляя больше возможностей для деятельности частного капитала. Если ранее постановления и законы о приватизации принимались меджлисом или правительством, то летом 2005г. о программе приватизации заявил рахбар в своем специальном указе. Программа приватизации, разработанная правительством и одобренная рахбаром, была рассчитана на 10 летний период. На первом этапе приватизации подлежали 120 предприятий. В их число были включены, главным образом, крупнейшие металлургические компании, в том числе «Мобараке», Исфаганский металлургический завод, металлургическая корпорация «Хузестан», Иранская национальная медная компания, Иранская национальная алюминиевая компания, алюминиевый завод «Аль-Махди», автомобильные заводы «Иран ходроу» и «Сайпа», авиакомпании «Хома» и «Ассеман», а также банки «Таджарат», «Меллят», «Садерат», «Рефах» и страховые компании «Айша», «Дана», «Альборз». Вскоре программа приватизации стала дополняться и другими базовыми предприятиями. Так, в 2007г. было объявлено о включении в приватизационные списки более двадцати предприятий нефтегазовой отрасли, а также ряда морских терминалов. Была поставлена задача оставить в руках государства не более 20% собственности, а общее число предприятий, подлежащих приватизации, должно было составить почти 400. При этом переданный в 2007г. в меджлис обобщающий закон о приватизации так до сих пор и не принят, хотя еще в 2004г. была принята поправка к статье 44 конституции ИРИ, в которой были признаны права разных форм собственности при проведении приватизации. Официально не запрещено участие иностранного капитала в приватизации, т.к., согласно закону о привлечении иностранных инвестиций, иностранный инвестор может купить на Тегеранской фондовой бирже до 10% акций одного предприятия.

По оценке руководителя Организации ИРИ по приватизации Х.Зангене, в период с 2005 по 2010 гг. в частные руки было продано государственных активов на сумму 63 млрд. долл., т.е. более половины из 80% государственных активов, оцененных по первому этапу программы приватизации в 120 млрд. долл.[3]

В экономической политике правительства Ахмадинежада процессу приватизации отведена весьма значительная роль. Наиболее ярким проявлением либерального характера экономических мероприятий команды президента стало начало приватизации банковской системы. В период предвыборной президентской кампании (в конце 2008г. и начале 2009г.) было объявлено о приватизации первых банков, и в первой половине 2009г. через Тегеранскую фондовую биржу стали реализовываться от 5 до 6% акций банков «Меллят», «Таджарат» и «Садерат», а активы этих коммерческих банков заняли ведущее место в банковской системе страны уже в 2008-2009гг[4]. В итоге пакет акций частных банков на фондовом рынке вырос с 13% в 2007г. до 56% в 2011г. Частные банки стали активно участвовать в финансировании приграничного бизнеса (в торговле и производстве), но в настоящее время их деятельность крайне затруднена из-за международных санкций, санкций США и ЕС.[5]

Таким образом, правительство Ахмадинежада не только не затормозило проведение приватизации, как одного из главных инструментов либерализации экономики, а даже предприняло шаги по его активизации, идеологически подкрепив их исламскими принципами справедливости. Так, в указе рахбара было заявлено, что целью приватизации является содействие экономическому развитию, обеспечение социальной справедливости и ликвидация бедности.

В начальный период своего президентства Ахмадинежад выступил также с рядом инициатив, которые представляли собой реализацию его предвыборных обещаний и которые носили ярко выраженный характер социальной справедливости, или, по мнению многих экспертов, популистский характер. Прежде всего, были выпущены так называемые «акции справедливости». Именно они должны были стать средством справедливого распределения государственной собственности при ее приватизации. Выступая 28 октября 2006г. на официальной церемонии, посвященной началу реализации программы по выпуску акций справедливости, М. Ахмадинежад назвал ее «одним из величайших событий» социально-экономической жизни страны»[6]. Были разработаны категории различных групп населения, получающих акции, и очередность распределения акций. Первая категория населения, которая получала акции на безвозмездной основе, была определена в более, чем 7 млн. человек, и уже в октябре 2006г. акции получили около 5 млн. человек. К этой категории были отнесены семьи, потерявшие родных на войне с Ираком, имеющие доход ниже прожиточного уровня, инвалиды войны и семьи, не имеющие кормильца.[7] Акции справедливости представляли собой именные акции (стоимостью 5 млн. риалов, или приблизительно 550 долл.). Каждая семья, в зависимости от количества членов, могла получить акции на сумму не более 20 млн. риалов (4 акции). На последующих этапах акции должны были распределяться среди групп населения, отнесенных к другим категориям, которые получали акции на других условиях, в т.ч. с 50-ти процентной скидкой и с рассрочкой оплаты на 10 лет.[8] Предполагалось охватить этой программой до 24-25 млн. человек. Выпуск «акций справедливости» как и объявленный курс на широкую приватизацию были приурочены к предстоявшим в конце 2006г. выборам в местные советы и в Совет экспертов и сыграли значительную роль в победе на них сторонников курса Ахмадинежада.

Эффективность программы по выпуску «акций справедливости» практически целиком определялась (и определяется) эффективностью происходящей в стране приватизации, т.к. доходы на акции обеспечивались за счет приватизируемых предприятий госсектора. 20-30% от стоимости приватизируемых предприятий передавалось в Фонд справедливости, который выпускал акции справедливости. Так, например, при приватизации металлургического комбината «Мобараке» 20% его стоимости осталось во владении государства, 25% было передано в Фонд справедливости, а оставшиеся 55% были реализованы через фондовую биржу. При приватизации Иранской алюминиевой компании (Иралко) в Фонд справедливости было передано 30% (50%-для продажи на фондовой бирже и на аукционах). Отчисления в Фонд справедливости являются обязательными.

Однако приватизация коснулась, прежде всего, убыточных предприятий государственного сектора, что снижало доходность акций. В 2010-2012гг, на состояние экономики и, следовательно, на размеры дивидендов по акциям справедливости крайне негативное влияние стал оказывать ужесточающийся санкционный режим. К этому времени значительная часть полученных бесплатно акций была продана. В результате, практический эффект от акций справедливости оказался весьма незначительным, и в настоящее время эта программа не используется даже в пропагандистских целях.

Одним из проявлений социальной политики, которое также можно отнести к популистскому направлению, стало создание Фонда для молодежи, за счет средств которого организовывались свадебные церемонии.

К числу амбициозных социальных программ нового президента относится проект «Мехр», предполагающий масштабное строительство для малоимущих слоев дешевого жилья, преимущественно в городских пригородах и в сельской местности. Построенные дома и квартиры предоставляются в аренду сроком на 99 лет. Только за счет реализации программ жилищного строительства по проекту «Мехр» было обеспечено работой до 3 млн. человек[9].

Реализации этих направлений социально-экономической политики способствовало то, что уже в 2005г. цены на нефть на мировом рынке увеличились по сравнению с 2002г. вдвое, и в следующие два года росли на 10 пунктов, достигнув в 2008г. 95 долл. за баррель. Поддержка отечественных предпринимателей, меры по привлечению иностранного капитала также стимулировали ускорение экономического развития, а, следовательно, и рост бюджетных доходов. В 2000-е годы, включая и кризисный 2008г., страна демонстрировала умеренно высокие темпы роста — 6% (см. Приложение №1), при этом до 30% ВВП расходовалось на накопление, как базу для будущего роста. Показательно, что объемы частных капиталовложений в 2008/09г. вдвое превышали государственные.[10] Темпы роста ВВП без нефти значительно превышали темпы роста общего ВВП, что свидетельствовало о диверсификации национального хозяйства и динамичном развитии различных отраслей экономики.

Но к этому времени на иранскую экономику стал влиять мировой кризис, а главное, санкции. Несмотря на то, что лидер страны Али Хаменеи заявил, что кризис 2008г. означает крах либеральной модели западной экономики, дальнейшее ужесточение санкций поставило страну перед выбором: вернуться к модели этатистского типа или попробовать шире использовать эти самые либеральные инструменты для поддержания динамики экономического развития. Казалось бы, более логичным для исламского режима был выбор за первым направлением. Экономика с сильным участием в ней государства лучше приспособлена для противостояния внешнему давлению. Кроме того, в период мирового кризиса многие государства мира стали более активно использовать методы государственного регулирования и государственной поддержки.

В этой ситуации Ахмадинежад предложил свою новую экономическую программу. 23 июня 2008г. он выступил с обращением к народу, в котором назвал основные направления будущих реформ. Министр экономики и финансов Ш.Хосейни, призванный реализовывать реформы, заявил, что эта новая программа включает в себя борьбу с инфляцией, переустройство банковской системы, налоговую реформу, упрощение таможенных процедур, дальнейшее проведение приватизации государственных промышленных объектов, расширение рынка капитала, установление прозрачного механизма надзора и отчетности, постепенное сокращение субсидирование. Таким образом, новая программа свидетельствовала о продолжении курса на внедрение рыночных инструментов- через налоговую реформу, банковскую реформу, ускорение приватизации, децентрализация управления, изменение системы субсидирования экономическую либерализацию. При этом правительство не отказалось от проведения социально-популистских мер, которые не всегда удавалось совместить с рыночными мерами. Кроме того, не все программы были тщательно проработаны. Так, правительство, предполагая в течение 8-10 лет оставить за собой 20% государственной собственности, не определило принцип такого подсчета. Принятое правительством постановление об уве­личении минимальной заработной платы вызвало сокращение занятости и было вскоре отменено. Рас­поряжение о понижении банковс­ких ставок до 12% при более высоком уровне инфляции противоречило рыночным условиям, и привело к сокращению частных депозитов. В 2008г. провалилась первая попытка введения в качестве основного налога НДС. Одним из наиболее сложных с точки зрения осуществления являлось намерение сократить субсидирование ряда товаров первой необходимости, включая бензин и топливо.

Но при всем лавировании между этатизмом, позволяющем в большей степени использовать популистские меры, и поощрением частного предпринимательства, которое в условиях внешней изоляции может стать фактором развития, правительство Ахмадинежада в последние годы явно отдало предпочтение последнему направлению. С большим трудом, но парламент, который, хотя и критикует экономическую политику президента, был вынужден согласиться с экономическими инициативами Ахмадинежада, тем более, что рахбар еще в конце 2008г. заявлял о возможности внесения корректив в Стратегию-2025.

Правительству Ахмадинежада удалось все-таки ввести НДС, инициировать не только создание частных финансовых компаний, но и начать приватизацию банков, акции которых в настоящее время обращаются на Тегеранской бирже. Пожалуй, самым значимым шагом с точки зрения приближения к рыночной модели развития стало одобрение в конце 2010г. меджлисом предложенного разработанного правительством еще в 2008г. Закона о целевом использовании субсидиях (Targeting Subsidy Plan (Reform)[11], рассчитанного на пять лет. По разным оценкам, общий размер субсидирования государством товаров и услуг оценивался от 60 до 100 млрд. долларов в год, что составляет от 15 до 25 % ВВП страны и равняется экспорту страны[12]. С конца декабря 2010г. были введены новые тарифы на нефтепродукты, природный газ, электроэнергию, воду, проезд в общественном транспорте и такси. Отмена субсидий представляет собой один из наиболее знаковых признаков перехода к рыночной экономики. Однако даже этот шаг на пути к либерализации рынка в Иране сопровождается беспрецедентными мерами по социальной защите населения. Был создан специальный фонд за счет поступлений НДС, начиная с октября 2010г., на товары высшей ценовой категории. Помощь от него направляется, главным образом, семьям, которые подали заявки на получение помощи (до 50% средств фонда), а также на поддержку производителей тех товаров, на которые отменяются субсидии, т.е. на развитие промышленности, сельского хозяйства и транспорта (до 30%). Для получающих денежную помощь семей были введены упрощенные трансферты. Заявки подали 19 миллионов семей, т.е. доступ к средствам на компенсационных счетах получили почти 80% населения Ирана.[13] Первые два месяца выплаты составляли 90 долл. на одну семью, затем были сокращены вдвое. Эти выплаты позволяют в определенной мере компенсировать повышение цен на хлеб и топливо. Помощь семьям на 2011г. за счет бюджета была запланирована в 30 млрд. долларов, поддержка компаний в 10-15 млрд.долл.[14] Эта реформа стала одним из ответов на объявление рахбаром экономического джихада в прошлом году и может рассматриваться как продолжение его в 2012/13 году, т.к., по словам Хаменеи, «самым ключевым вопросом страны является экономическая проблема». Обращение религиозного лидера по форме и значимости можно рассматривать как фетву, следовательно, содействие экономическому развитию страны возведено в ранг религиозного долга.

Цель отмены субсидий очевидна- сбалансировать энергетический и продовольственный рынок, систему водоснабжения, заинтересовать частный капитал в инвестировании в эти отрасли. Но пока речь не идет о полной отмене субсидий, нельзя исключать того, что и проведение реформы может замедлиться. Так, при обсуждении бюджета на 2012/13г. меджлис не согласился на значительное сокращение субсидий для пополнения бюджета, что предусматривалось вторым этапом реформ. Кроме того, вместо планируемых правительством 110 млрд. долл., которые должны были за счет сокращения субсидий увеличить поступления в доходную часть бюджета, меджлис согласился утвердить около половины этой суммы.[15] При этом почти 74% от утвержденной суммы должны быть выплачены населению в качестве компенсации за сокращение субсидий, чуть более 9%- на нужды здравоохранения и 15%- на поддержку экономических программ. Под влиянием таких решений меджлиса 20 мая 2012 г. правительство наложило временный мораторий на проведение реформ. Несмотря на такое острое противостояние команде президента и его экономической политики, иранский парламент уже вскоре под влиянием осложнившейся экономической ситуации и, несомненно, под давлением рахбара, в мае, уже после принятия бюджета на 2012/13г., согласился на проведение второго этапа реформ. Как ни парадоксально, критике в меджлисе (и со стороны Рафсанджани) подвергался не столько сам план дальнейшего сокращения субсидий, сколько большие размеры компенсационных выплат и крен в распределении прямых выплат в пользу населения, а не на производственные цели. Правительство также осознает, что значительные компенсации за отмену субсидий, с одной стороны, нивелируют негативный социальный эффект от поднятия цен, но с другой стороны, способствуют росту инфляции. Поэтому на втором этапе число лиц, получающих денежные компенсации, по плану будет сокращаться, в т.ч. за счет добровольного отказа от них лиц с достаточно высоким уровнем доходов. Таким образом, при реализации реформы субсидирования будет достигнуто равновесие между принципами социальной справедливости и рыночными принципами. Для характеристики экономической политики столь яркого выразителя интересов консервативных политических кругов как Ахмадинежад показательным является не только результат экономической деятельности правительства, но и эволюция его экономической политики, которая в отличие от конфронтационного внешнеполитического курса и жесткого внутриполитического курса, в целом отражает мировые тенденции. Недаром МВФ высоко оценил реформу Ахмадинежада в области субсидий и даже повысил перспективные оценки экономического роста Ирана.

Одним из инструментов экономической политики Ахмадинежада стало создание в 2010г. Фонда национального развития для финансирования проектов по развитию экономической инфраструктуры, предусмотренных Пятым пятилетним планом. В фонд направляется 20% от разницы в цене на нефть, планируемой в доходной части бюджета, а также половина неиспользованных средств Стабилизационного нефтяного фонда. В апреле 2012 г. М. Ахмадинежад заявил, что в течение последних двух лет в Фонд национального развития было направлено 35 млрд долл., к марту 2013 г. предполагается увеличить средства фонда до 55 млрд долл.[16] К этому времени, вероятно, все оставшиеся средства Стабилизационного нефтяного фонда будут исчерпаны. Средствами Национального фонда развития распоряжается правительство, и это расширило возможности правительства по проведению более независимой от меджлиса экономической политики. Тем не менее, так как этот фонд является инструментом выполнения пятилетнего плана, который утвержден меджлисом, последний сохраняет рычаги контроля за расходованием его средств. Так, в мае 2012 г. руководитель Исследовательского центра меджлиса А.Тавакколи выступил с критикой экономической политики правительства Ахмадинежада в связи с его попыткой использовать средства Национального фонда для финансирования строительных программ в жилищном секторе (по программе «Мехр»), хотя это и не противоречит социальным целям режима.

В целом за 2005-2012гг. экономическая политика правительства Ахмадинежада стала более независимой от других органов власти, и в большей степени стала ориентироваться на интересы частного бизнеса, а также тех государственных структур, которые поддерживают нынешнего президенты, например, КСИР. Компаниям, связанным с КСИР стали передаваться проекты, из которых под влиянием санкций вышел иностранный капитал. Процесс перехода экономики на рыночные основы был болезненным в большинстве стран, Иран — не исключение, хотя и стремится минимизировать социальные издержки. В условиях постепенно ужесточающихся санкций правительству Ахмадинежада, во многом благодаря предпринятым экономическим мерам рыночного характера, удалось избежать экономического коллапса, по крайней мере, до середины 2012г.

Однако, продолжающееся санкционное давление повышает реальную вероятность все большей ориентации экономической политики на внутренний рынок, на ограничение связей с мировым рынком. Значительное влияние на трансформацию экономической политики оказало отключение Ирана от системы СВИФТ, важнейшей электронной системы финансовых расчетов, в значительной мере перекрывшей каналы поступления в страну иностранной валюты.

Экономическая политика все больше начинает формироваться под влиянием меняющейся ситуации в стране из-за осложняющихся отношений Ирана с мировым сообществом и носить характер реакции на вводимые те или иные санкции. Так, правительство заявило о переходе валютных расчетов с доллара на евро, стали вводиться заградительные пошлины на импорт товаров, аналоги которых производились в стране. В апреле 2012 г. правительство ввело запрет и ограничения на импорт товаров (до 600 наименований), чтобы поддержать местных производителей. В ответ на введение санкций на импорт в Иран бензина была разработана чрезвычайной программы, согласно которой все нефтеперерабатывающие заводы страны были переведены на интенсивный график работы, на использование мощностей нефтехимических заводов для производства бензина, на использование низкокачественных сортов топлива. Была введена система квотирования бензина, и лимиты на дешевый бензин постепенно сокращались, что привело к частичному сокращению внутреннего потребления бензина. Одновременно были приняты меры по привлечению частных инвесторов в нефтеперабатывающий бизнес.

Не в последнюю очередь из-за сокращения притока иностранных инвестиций и для активизации национальных сбереженийв марте 2012 г. банк «Меллят» объявил о выпуске четырехлетних облигаций внутреннего займа (с 20% ставкой). Больше внимания стало уделяться формированию специальных индустриальных центров (как и в Турции), в которых обеспечиваются благоприятные условия для деятельности не столько крупного, сколько мелкого и среднего бизнеса. К марту 2012 г. в ИРИ уже функционировало около 700 таких зон, или городов, в которых работало около 27 тыс. предприятий.[17] Рассматривается вопрос о передаче части этих центров под управление частного сектора.

Как никогда раньше стала актуальной политика по достижению самообеспеченности основными товарами потребительского и производственного спроса. Определенным показателем успехов на этом направлении стало повышение уровня обеспеченности оборудованием нефтегазовой отрасли за счет собственного производства (до 70%). В начале 2012г. уровень самообеспеченности Ирана в медикаментах достиг 96%, а в медицинском оборудовании — 85%. Определенным индикатором активизации частного капитала стал рост операций на Тегеранской фондовой бирже.

Однако под угрозой военного решения ядерной проблемы и расширения санкций в экономической практике все более заметной становится тенденция к милитаризации экономики, решению проблем продовольственной безопасности, созданию резервов энергетических запасов (в т.ч. за счет строительства нефте-и газохранилищ). В этих условиях курс на экономическую либерализацию может быть значительно скорректирован в сторону усиления государственного контроля над экономической жизнью иранского общества.


Примечания

[1] Известна в литературе как «тоухидная экономика»

[2] BP Statistical Review of World Energy. June 2012. www.bp.com/statisticalreview.

[3] А.Вартанян. Приватизация в Иране — успехи и неудачи. www.iimes.ru. 06.10.2010.

[4] Начало приватизации банка Меллят — 2008г., банка Рефах-2008, банка Теджарат- май 2009, банка Садерат-июнь 2009.

[5] International Monetary Fund 2011. IMF Country Report №11/242. August 2011. P.15.

[6] А.А. Розов. Акции справедливости» — новая социальная инициатива М.Ахмадинежада. www.iimes.ru.30.10.2006.

[7] www.polpred.com. 2009.

[8] И.А.Левковская. Политика правительства Ирана в сфере приватизации. www.iimes.1.12.2012.

[9] Н.А.Кожанов. Социально-экономическая ситуация в Иране: март 2012 г. www.iimes.20.04.2012.

[10] International Monetary Fund. August 2011. Country report №11/241. P.10.

[11] IMF. September 23, 2011.. Statement No. 16 by the S.Shamseddin Hosseini, Governor of the Bank for the IRI.

[12] Economic jihad. Iran has undertaken reforms that other governments in the region should envy. The Economist. 23.06.2011.

[13] Dominique Guillaume, Roman Zytek, and Mohammad Reza Farzin. Iran–The Chronicles of the Subsidy Reform. IMF. 2011.WP/11/167. P.3.

[14] IMF Country Report. August 2011, No. 11/241, Public Information Notice (PIN) No. 11/107.

[15] Н.А.Кожанов. Социально-экономическая ситуация в Иране: май 2012 г. www.iimes.25.06.2012.

[16] Н.А.Кожанов. Социально-экономическая ситуация в Иране: апрель 2012 г. www.iimes.27.05.2012.

[17] Н.А.Кожанов. Социально-экономическая ситуация в Иране: март 2012 г. www.iimes.20.04.2012